Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф

Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф (2005)

The Chronicles of Narnia: The Lion, the Witch and the Wardrobe
★ 7.3
ТипФильм
Год выхода2005
Жанрфэнтези, приключения, семейный
СтранаВеликобритания, США
РежиссёрЭндрю Адамсон
В роляхДжорджи Хенли, Скандар Кейнс, Уильям Моусли, Анна Попплуэлл
Четверо детей находят платяной шкаф, ведущий в страну, где правит Белая Колдунья, а зима длится сто лет. Чтобы спасти Нарнию, придётся подружиться с фавном, бобрихой и львом, который и есть настоящий король.

Похожее

Комментарии 0

Частые вопросы

Сколько детей в Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф?

Четверо: Питер, Сьюзен, Эдмунд и Люси Певенси.

О чём фильм Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф?

О попадании детей в заколдованную страну, где они помогают льву Аслану победить Белую…

Есть ли в Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф христианские…

Да, автор Льюис вложил явные отсылки к жертве Христа в образе Аслана.

Стоит ли смотреть Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф…

Стоит, если любите классическое фэнтези без цинизма и с драматическими решениями.

Сюжет и особенности произведения

Экранизация книги Клайва Стейплза Льюиса, которая в 2005 году доказала, что фэнтези может быть не только мрачным, но и светлым, не скатываясь в слащавость. Питер, Сьюзен, Эдмунд и Люси Певенси — обычные лондонские дети, которые во время войны прячутся в доме профессора и случайно натыкаются на портал в мир, где мифы оживают. Проблема в том, что этот мир уже захватила Белая Колдунья, которая держит всех в страхе и вечной мерзлоте. Особенно хорош Эдмунд: его предательство — не злодейство, а глупость подростка, который повёлся на сладкое обещание власти. Режиссёр Эндрю Адамсон не стал упрощать моральную дилемму — здесь есть настоящая жертва и момент, когда доброта может показаться бессилием. Визуально фильм до сих пор выглядит дорого и убедительно, особенно персонажи-животные: бобры, кентавры и, конечно, Аслан, озвученный Лиамом Нисоном. Это семейное кино, которое не боится говорить о смерти и прощении — и делает это без соплей.